Интервью с Дугласом Пирсом (Death In June) для журнала Ikonen по поводу выхода альбома «Peaceful Snow»

В своих недавних интервью вы отмечали, что эпоха Di6 подошла к концу, и теперь вы ждете, что другие группы и музыканты будут переделывать ваши композиции (выпускать ремиксы, перезаписывать, по-своему интерпретировать). Когда именно вы приступили к работе над новыми песнями? Как родилась идея использования фортепиано? Были ли у вас идеи привлечь к записи альбома других музыкантов?

В апреле прошлого года [имеется в виду 2009 год] фанаты моего творчества посоветовали мне послушать на YouTube фортепианные версии двух DiJ-песен с альбома «The Rule Of Thirds». Мне они тогда очень понравились. В итоге я познакомился с Miro Snejdr, словацким пианистом. Я предложил ему выпустить целый альбом популярных/любимых треков Death In June, исполненных в такой вот инструментальной «Lounge Corps»-манере. Тогда и начался этот проект. Несколько месяцев спустя, ближе к завершению процесса записи, я сидел и слушал дома готовые миксы, когда в мою голову вдруг стали приходить слова из «Peaceful Snow», а следом и «The Maverick Chamber»! Меня все это очень удивило, но когда Муза одаряет вас своим присутствием, вы не можете ее просто взять и проигнорировать. Так все это и началось. Я не планировал выпускать новый альбом – он сам заявил о себе! Учитывая взятый мною курс на деконструкцию Death in June с релиза «The Rule Of Thirds», я, как мне казалось, должен был полностью исключить свою переменную из этого уравнения. Однако я не понимал, во что это выльется. Я представлял себе, что какая-нибудь другая группа, допустим, Down In June, выпустит альбом с новыми песнями DiJ. Но все пошло не так.

The Rule Of Thirds
The Rule Of Thirds

Как происходил процесс записи новых треков? Вы сочиняли песни для гитары и затем пересылали их для фортепианных интерпретаций? Или же вы писали песни вместе?

В этом случае все началось в августе 2009 года, когда я глядел в окно главного офиса Fort Nada [так Пирс называет свой дом в Австралии], где я практически не занимаюсь творчеством. Обычно я записываю песни в других местах. Я был подавлен, зол, обеспокоен всем разрушениями, которые наша недвижимость понесла в результате недавних зимних штормов; сидел и слушал различные интерпретации Миро старых DIJ-треков. Я становился все злее, обдумывая это происшествие, и вот тогда идея «Peaceful/Pearceful Snow» проскользнула в мой мозг. Лирика к «Peaceful Snow», а также к «The Maverick Chamber» – это первое, что я тогда написал. Изначально я думал, что эти треки станут чем-то вроде дополнения к 17 инструментальным трекам «Lounge Corps». Однако эти две новые песни вдохновили меня на путешествие в мои излюбленные секретные локации, где я обычно создаю новый материал, и за пару недель я написал еще 6 треков. По иронии судьбы, пока меня не было, на Fort Nada упало 30-метровое дерево, потому я столкнулся по приезду с еще большими разрушениями! К декабрю 2009 года я смог собраться с силами, чтобы полностью посвятить себя записи нового альбома. Именно тогда я начал записывать свои короткие гитарные «Totenpop»-версии/демки, отправляя их Миро в Европу. Затем уже, когда он обратно присылал мне свои фортепианные интерпретации треков, я заново записывал вокал и накладывал его поверх. Мы никогда не работали вместе физически, поэтому я очень ценю то, что он смог передать динамику и нюансы моих оригиналов. На самом деле я даже не знаю, как он вообще выглядит. Все, что я когда-либо видел – это его руки и предплечья в роликах на YouTube! Для меня этот опыт оказался чем-то совершенно новым! В итоге мы получили 13 новых треков «Totenpop Torchsongs» и 17 интерпретаций старых песен DiJ «Lounge Corps», которые будут доступны в виде дополнительного CD для первых 3000 копий «Peaceful Snow».

Peaceful Snow

Вы сами тоже играете на фортепиано? Этот инструмент фигурирует на ранних Di6-записях.

Я бы сказал, что «поверхностно знаком» с клавишными. Вы можете услышать мои пассажи на альбоме «NADA!». В последующих альбомах я уже отвечал за все клавишные. Однако я очень далек от профессионализма Miro. Кроме того, есть несколько Totenpop-демок, которые я отправлял Миро – на них присутствуют типичные для меня клавишные риффы, и иногда Миро ловко апеллирует к этим оригинальным мотивам.

Мне кажется, ваши последние два альбома сильно выделяются на фоне более раннего творчества. Какое-то расслабленное настроение, в чем-то даже умиротворяющее. Разделяете ли вы мое впечатление, есть ли в нем доля истины?

Хотя альбом «The Rule Of Thirds» и был выпущен в 2008 году, для меня он начался еще в 2005 – это был год больших перемен, меланхолии и прощания со многим и многими. Сейчас, оглядываясь назад, я могу сказать, что это был практически самый важный год в моей жизни. «Peaceful Snow» создавался во времена огромной неопределенности, беспокойства и откровенного гнева, поскольку жизнь в Fort Nada становилась все менее безопасной, менее красивой и менее устойчивой. Погодные условия ужесточались, и 2009 год стал первым годом, когда здесь действительно стало опасно жить. Помножьте это на мировое изменение климата в результате новой экономической депрессии, и вы поймете, почему я не чувствую себя «расслабленным» или «умиротворенным». Короче, я не разделяю вашего настроения. Если альбом «The Rule Of Thirds» можно было описать как «Kampf Fire Music», где все было посвящено возврату к природе, к основам, то «Peaceful Snow» является скорее саундтреком, который можно услышать в фойе отеля «Fort Nada», где мы можем сидеть, потягивать лучшие коктейли, наслаждаться лучшей едой, но за стеклянными окнами уже не все так радужно – совсем!

Я видел анонс, что вы собираетесь переиздать альбом «Occidental Martyr». Иногда вы перезаписываете некоторые песни на ваших переизданиях. Будут ли изменения в данном релизе?

Вся разница в том, что релиз впервые будет доступен в виде 10” «Picture Disc»-винила. Есть такие альбомы, которые я не стал бы перерабатывать в музыкальном плане – и «Occidental Martyr» относится к ним. Это один из моих личных фаворитов. Я вряд ли когда-нибудь снова буду в таком настроении, чтобы как-то переделать или ремикшировать его. Это продукт своего времени. Он остается драгоценным, недосягаемым и неприкосновенным. Еще один такой альбом – «Burial». Он тоже впервые переиздается в виде «Picture Disc» LP, но к нему прилагается бонусный 7″ «Picture Disc» с Totenpop-версиями «Heaven Street» и «Death Of The West». Многие знают, что «Burial» был выпущен в 1984 году, и он ознаменовал конец первой инкарнации Death In June. По этой причине, каким бы несовершенным для меня ни был этот альбом, я не буду трогать мастер-записи. Ощущение духа времени, Zeitgeist, присутствовало у DiJ с самого зарождения, поскольку мы отказались покупать 16-трековые мастер-ленты (я уверен, что не 24-трековые) с нашими первыми синглами и альбомом «The Guilty Have No Pride», решив, что пусть финальные миксы звучат именно так, как они звучали в 1981-1983 годах. В этом мы были непреклонны. Сейчас же, оглядываясь назад, довольно странным выглядит то, что оригинальные мультитреки Death In June были стерты в Alaska Studios по нашей же собственной просьбе!

Occidental Martyr

Каково это – работать над своими старыми песнями или альбомами? Сталкивались ли вы с желанием что-то «поправить» в своих старых записях, что вам больше не нравится? Не считаете ли вы, что было бы справедливым оставить эти записи неизменными, как документы того времени?

Как я уже сказал, некоторые из них «неприкасаемые», они остаются ценными и почитаемыми. Но другие треки имеют разные версии/миксы/инструментовки в своих мастер-мульти-каналах. Как мне кажется, большинству людей нравится слушать эти треки в переизданиях – наравне с оригиналами. Краеугольный камень Death In June – это чистота намерения, и если эта чистота каким-либо образом осквернится, то тогда с этой ситуацией можно будет справиться только при помощи целенаправленного хирургического вмешательства. Если некоторым рецензентам или слушателям это не нравится – хорошо, пусть так. Но представим тогда такую картину: допустим, что кто-то, кого вы давно знаете, периодически тайно гадит у вас дома. И вы обнаружили это только тогда, когда запах стал уже довольно сильным. Продолжите ли вы считать такого человека вашим другом? Эти параллели – замечательный документ того времени и той «дружбы», пахнущей именно так. Некоторым такое по душе. Но мне захотелось убрать все это дерьмо – конечно, после того, как я ткнул носом в него своих недоброжелателей.

Поправьте меня, если я ошибаюсь, но на последних двух альбомах присутствует лирический образ «your father» («ваш отец»). Связан ли текст с вашим реальным отцом? Насколько я помню из старого интервью, вы упоминали о сильной напряженности в ваших отношениях с ним. В качестве примера можно привести ваш интерес к немецким вооруженным силам времен Второй мировой войны; ваш отец недолюбливал эти интересы, ведь он был тогда военным летчиком. Можете ли вы описать свои взаимоотношения, рассказать нам о том, почему отец присутствует в лирике ваших новых песен?

Где вы нашли упоминания образа моего отца – за исключением заглавного трека «Peaceful Snow»?! Ни на одном альбоме DiJ нет абсолютно ничего про него! У меня с ним были достаточно близкие, любящие отношения, и со временем он поддержал меня в моих исторических интересах, но, поскольку он умер через несколько дней, когда мне исполнилось 14, я не могу сказать, что хорошо знал его. Между нами не было никакой «сильной напряженности». Небольшой инцидент был сглажен, и между мной (подростком) и моим отцом было настоящее взаимопонимание – особенно незадолго до его смерти.

Зима – еще один образ, который мы можем часто видеть в вашей лирике. Что вы думаете о зиме? Она для вас угрожающая или умиротворяющая [отсылка к «peaceful» в названии альбома]? Скучаете по снегу?

Если говорить с европейской позиции, то я ощущаю острую потребность в зиме. Фактически это был мой любимый сезон в Северном полушарии. Там я чувствовал себя как дома, был энергичным. Зима, с которой мы сталкиваемся здесь, бывает холодной, долгой, очень влажной и суровой. Но она другая. Здесь не бывает дней, когда за окном лежит ярко-белый снежный покров, который мне по-прежнему кажется все таким же впечатляющим. В этом году [2010], когда я закончил запись последних треков для альбома, мы решили отправиться в заснеженный альпийский регион, где мы арендовали домик на неделю. Было здорово снова оказаться в окружении метрового снега, снова идти сквозь метель! Это был настоящий праздник в честь написания «Peaceful Snow»! И заодно мы сделали хорошие фото!

В одном из последних интервью вы сказали, что вам недавно исполнилось 50, и на ваше мышление сильно повлияла сердечная болезнь, проявившаяся в вашей семье [большинство мужчин в семье Пирса умирали в 55]. Смерть, распад, прощание – эти темы всегда присутствовали в лирике Di6. Они всплывают и в двух последних альбомах, но в несколько ином виде. Повлияла ли на это ваша личная ситуация? Изменила ли она способ изложения ваших мыслей на эти темы? Как вы сейчас смотрите на свою лирику, написанную в более юном возрасте? Она более наивна?

Во-первых, я никогда не писал в наивном ключе для Death In June. Я покончил с наивностью еще во времена Crisis. Во-вторых, процессы старения и получения жизненного опыта должны влиять на творчество. Это нормально. Это естественно. Мне было 24 года, когда появился Death In June. Сейчас мне 54. Это уже огромная пища для размышлений.

Некоторые из ваших треков, кажется, до сих пор апеллируют к вашим бывшим компаньонам. Невзирая на причины, по которым вы расстались с ними – грустно ли вам терять такие дружеские связи?

Еще раз: я не знаю ни одного трека, адресованного кому-либо конкретно, но я рад, что ваше воображение так кипит. Именно для этого и был создан Death In June! Я избавился от предателей, эгоистов, крикливых алкашей и напыщенных бахвалов – и моя жизнь от этого стала только лучше. Почему я должен грустить об этом?

Вы перестали выступать на сцене. Не было ли у вас такой мысли: «А не сыграть ли мне новый альбом вживую?» Ведь это выглядело бы очень интересно – на сцене стоит Steinway, вы сидите перед старомодным микрофоном.

Человек, замаскированный под куст, и пара бестелесных рук, играющих на клавишах – вот такая идея более вероятна! А учитывая, что в 2011 году исполнится 30 лет Death In June – возможно всё! Семейка Pearceful встречает семейку Аддамс!

Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

Получать новые комментарии по электронной почте.